[:ru]В 60-70-х гг. XX века Джон Кэлхун, американский учёный-этолог, проводил удивительные исследования социального плана. Его подопытными оказались грызуны, однако конечной целью эксперимента было желание предсказать будущее человечества. Многочисленные опыты над грызунами Кэлхуна позволили ему сформулировать новый термин: «поведенческая раковина». Речь идёт о переходе к деструктивному и девиантному поведению в непростых условиях перенаселения и скученности. Благодаря своим исследованиям Джон Кэлхун получил мировую известность в научных и околонаучных кругах. Ведь в то время на Западе во многих странах население стремительно росло за счёт естественного прироста, особенно в городах и мегаполисах. Соответственно, люди науки начали задумываться о том, какое влияние может оказать перенаселение на социальные институты и на каждого отдельного человека.

Universe5_Calhun-MIX

В 1972 году он вместе с сотрудниками Национального института психического здоровья (NIMH) провёл свой самый знаменитый эксперимент, который заставил целое поколение задуматься о моделях социального устройства будущего. Исследование под названием «Вселенная-25» было призвано проанализировать влияние плотности популяции на паттерны поведения грызунов. Кэлхун сумел создать рай для мышей в лабораторных условиях. Был построен бак, имеющий размеры 2 м на 2 м и высотой 1,5 м, откуда подопытным не удавалось выбраться. В баке поддерживалась постоянно комфортная для грызунов температура +20 °C, в изобилии присутствовали вода и еда, предусмотрено множество гнёзд для самок. Бак очищался еженедельно, в нём поддерживалась чистота, принимались все нужные меры безопасности: появление хищников либо возникновение инфекций – исключались. Команда ветеринаров постоянно следила за состоянием здоровья подопытных мышей. Благодаря продуманности системы обеспечения водой и кормом 9,5 тыс. мышей могли питаться одновременно, не испытывая какого-либо дискомфорта, а 6144 грызунов могли потреблять воду без проблем в один и тот же момент времени. У мышей было предостаточно пространства, и проблемы отсутствия укрытия возникли бы, если бы численность популяции превысила 3840 особей. Но такого количества грызуны в баке никогда не достигали, максимальное число – 2200 мышей.

Бункер для мышей 2х2м

Бункер для мышей 2х2м

Эксперимент стартовал, когда внутрь бака были помещены 4 пары здоровых мышей. Животным понадобилось немного времени для того, чтобы прижиться, осознать что они оказались в «мышином раю», и начать бурно размножаться. Период освоения жизненного пространства назван Кэлхуном фазой А, а после рождения первых мышат началась стадия B. Вторая фаза характеризовалась экспоненциальным ростом численности популяции в баке в условиях, приближенных к идеальным. При этом количество мышей удваивалось через каждые 55 суток. Начиная с 315-х суток проведения исследования было отмечено замедление темпа роста популяции. Её численность удваивалась только каждые 145 суток, что означало начало третьего этапа – фазы C. Когда в баке проживало примерно 600 мышей, сформировалась определенная иерархия и даже начала проявляться общественная жизнь. Места стало меньше, чем раньше.

Первое на что исследователи обратили внимание, что появились «отверженные» – особи, регулярно становящиеся жертвами целенаправленной агрессии. Их изгоняли в центр бака. Эта категория отличалась по выдранной шерсти, искусанным хвостам и кровавым следам на теле. Отверженные были, прежде всего, молодыми особями, которые не находили себе места в сформировавшейся иерархии. Подходящие социальные роли для них отсутствовали в связи с тем, что практически идеальные условия для жизни в баке позволяли мышам жить долго. Стареющие мыши не освобождали места для молодых особей. Поэтому большая часть агрессии направлялась на новые поколения мышей, успевших родиться в баке. После изгнания происходила психологическая ломка самцов, меньше проявлявших агрессию. Ломка доходила до того, что они отказывались исполнять те или иные социальные роли и защищать беременных самок. Тем не менее, они совершали периодические атаки на прочих особей из «отверженных» или на других мышей.

Кэлхун в Бункере

Кэлхун в Бункере

Готовящиеся к рождению самки всё чаще нервничали, т.к. рост пассивности самцов способствовал уменьшению степени их защищённости от случайных нападений. В результате самки начали вести себя агрессивно, драться, пытаясь защитить свое потомство. Однако парадокс заключается в том, что агрессия была направлена не только на окружающих, но и по отношению к собственным отпрыскам. Самки уничтожали своих мышат и перебирались в верхние гнёзда, отказывались от дальнейшего размножения, превращаясь в агрессивных отшельников. В итоге рождаемость резко снизилась, а смертность молодых особей достигала значительного уровня.

Вскоре стартовала последняя фаза бытия мышиного рая – стадия D, названная Джоном Кэлхуном фазой смерти. Её символом стало появление очередной категории грызунов, названных «красивыми». Речь идёт о самцах, которые демонстрировали нехарактерное поведение, отказывались бороться за территорию и за самок, не проявляли желания к спариванию и оказались склонными к пассивному образу жизни. «Красивые» предпочитали только есть, пить, спать и очищать свою шкурку, избегая при этом конфликтов и выполнения каких-либо общественных функций. Они получили подобное имя потому, что на их теле не обнаруживались следы жестоких боёв, шрамы и ободранная шерсть, а их нарциссизм стал своеобразной легендой эксперимента. Ещё учёного изумило отсутствие у «красивых» желания размножаться. Последняя волна рождений привела к тому, что самки-одиночки и «красивые», отказывающиеся давать потомство и сбегающие в верхние гнёзда, стали большинством.

John Calhoun

John Calhoun

Что касается среднего возраста лабораторных мышей в последней фазе существования этого «рая», то он составил 776 суток, что на 200 суток больше верхней границы репродуктивного возраста. Вместе с тем, смертность молодых особей составляла 100%, число беременностей было незначительно, а вскоре и вовсе достигло нулевой отметки. Вымирающие особи были замечены в занятиях гомосексуализмом, девиантном и необъяснимо агрессивном поведении. Несмотря на обилие жизненно важных ресурсов, процветал каннибализм. Самки не желали участвовать в воспитании детёнышей и лишали их жизни. Мыши быстро вымирали, и на 1780-е сутки испытания скончался последний обитатель этого «мышиного рая».

Кэлхун в процессе эксперимента "Вселенная-25"

Кэлхун в процессе эксперимента «Вселенная-25»

Дж. Кэлхун предвидел катастрофу, и с помощью своего коллеги, доктора Х. Марден, успел провести серию дополнительных экспериментов на III стадии. Суть спасительных действий заключалась в том, что они изымали из бака нескольких маленьких групп грызунов и переселяли в такие же идеальные условия, но при минимальной населённости и неограниченном свободном пространстве. Целью было уйти от внутривидовой агрессии и скученности. По большому счету, «красивые» и самки-одиночки стали жить в условиях, позволяющих первым 4 парам мышей в баке экспоненциально размножаться и создавать социальную структуру. Однако даже в этом случае они не изменили своё поведение, отказавшись от спаривания, размножения и выполнения общественных функций, которые связаны с репродукцией. В конечном счёте, ввиду отсутствия беременностей, грызуны вымирали от старости во всех без исключения попытках спасти ситуацию переселением. В конце концов, в условиях, приближенных к идеальным, всех подопытных грызунов ждала неминуемая смерть.

По результатам эксперимента Джон Кэлхун сформировал «теорию двух смертей». В ней «первой смертью» считается смерть духа. Когда молодые особи переставали находить себе место в социальной иерархии искусственного «мышиного рая», быстро наметился недостаток общественных ролей, что способствовало открытому противостоянию молодых и взрослых грызунов, росту уровня немотивированной агрессии. Увеличение численности популяции, повышение скученности, подъём уровня физического контакта привели к появлению особей, которые способны лишь к простейшему поведению. Таким образом, уже большинство особей стали интересовать только процессы еды, питья, сна и ухода за собой. Грызуны — довольно примитивные создания. Для самца сложными поведенческими моделями считаются ухаживание за самкой, процесс размножения, забота о детёнышах, защита потомства и территории, непосредственное участие в иерархически выстроенных общественных группах. Психологически сломленные грызуны отказывались от всего вышеперечисленного. Кэлхун назвал такой самовольный отказ от сложных паттернов поведения «смертью духа» или «первой смертью». После этого физическая смерть (т.е. «вторая смерть», в терминологии Кэлхуна) становится неминуемой. После «первой смерти» большей части популяции, на вымирание обречена вся колония даже в самых «райских» условиях.

 

Однажды Кэлхуну задали вопрос о причинах возникновения группы «красивые». Учёный провёл аналогию с людьми, констатировав, что ключевой человеческой чертой, можно сказать, естественной судьбой следует считать жизнь в условиях умеренного стресса, напряжения и давления. Мышей, которые отказались от борьбы, выбрав невообразимую лёгкость бытия, ждало превращение в аутичных «красавцев», не способных на что-либо, кроме самых примитивных функций. Сложные и требующее напряжения функции были отброшены «красавцами». Со временем они полностью и безвозвратно потеряли способность к сильным выборам, ответственности и более сложному поведению. Исследователь провёл параллели с современными мужчинами, выполняющими только самые рутинные, повседневные действия для поддержания физической жизни.Внутри них живёт мёртвый дух. Это всегда сопровождается потерей креативности, способности к преодолению препятствий и неспособностью находиться под давлением. Бегство от напряжения, отказ от многих вызовов – это, по терминологии Кэлхуна, есть «первая смерть» (иначе – смерть духа), после чего неизбежно наступает вторая смерть, на сей раз биологическая – смерть тела.

Интересно, почему же эксперимент Дж. Кэлхуна получил название «Вселенная-25»? Потому что это была уже 25-я по счёту попытка учёного создать подобие рая для грызунов. Предыдущие попытки неизменно заканчивались гибелью всех без исключения подопытных грызунов…

… Неизбежно напрашиваются параллели с человеческими сообществами. Условия данного исследования можно сравнить с проживанием людей в современных мегаполисах. Чрезмерная скученность, отсутствие достаточного жизненного пространства, гиподинамия (отсутствие движения и физических нагрузок), избыток пищи и развлечений – всё это, как ни странно, ведёт к плавному отказу от продолжения рода и появлению всевозможных мутаций, подобных тем, что описаны в эксперименте. Главное, чтобы мутация не стала нормой!

 

Данная статья является рерайтом статьи Владимира Шевелёва

 

Дополнительные источники:

Джон Кэлхун на Wikipedia

Русское сообщество этологии[:ro]În anii 60-70 ai sec.XX savantul etolog american John Calhoun a reuşit să efectueze cercetări surprinzătoare aplicabile și în plan social. Animalele, pe care se efectuau experimentele sale, erau rozătoarele. Scopul final al experimentului constituia dorinţa de a prevedea viitorul omenirii. Multiplele experimente a lui Calhoun asupra şoarecilor i-au permis savantului să formuleze un termen nou: „spirala comportamentală”. Este vorba de trecere spre comportament destructiv şi deviant în condiţiile complicate de suprapopulaţie şi aglomeraţie. Publicațiile rezultatelor cercetărilor sale i-au adus lui John Calhoun recunoștință mondială în cercurile ştiinţifice și nu doar. În acea perioadă în mai multe ţări ale Occidentului populația se afla în creştere rapidă datorită sporului natural, în primul rând în oraşe şi metropole. Respectiv, oameni de ştiinţă au început să observe diverse schimbări și să se gândească asupra influenţei suprapopulaţiei la instituțiile sociale şi la fiecare om aparte.

Universe5_Calhun-MIX

În 1972 Calhoun împreună cu colaboratorii Institutului Naţional de Sănătate Psihică (INSP) a realizat cel mai cunoscut experiment al său, care a impus întreaga generaţie să se gândească asupra modelelor de construcţii sociale a viitorului. Cercetarea cu denumirea „Universul-25” a avut drept obiectiv să analizeze influenţa densităţii populaţiei asupra modelelor comportamentale ale şoarecilor. Calhoun a reuşit să creeze în condiţii de laborator un paradis pentru şoareci. A fost construit un rezervor de mărimea 2×2 metri și înălţimea 1,5m, din care animalele experimentate nu puteau să iasă. În rezervor se păstra temperaturia permanentă de 20 grade Celsius – cea maiconfortabilă pentru rozătoare, în abundenţă erau prezente apa şi hrana, erau prevăzute multe cuiburi pentru femele.

În rezervor se păstra curățenia, săptămânal se evacuau deșeurile. Erau luate toate măsurile necesare pentru securitate: era exclusă apariţia animalelor prădătoare sau a infecţiilor. O echipă de veterinari urmărea permanent asupra stării sănătăţii a şoarecilor experimentați. Datorită sistemului de asigurare impecabilă – cu apă şi hrană – 9,5 mii de şoareci puteau să se hrănească concomitent, fără a simţi un oarecare disconfort, iar 6144 de şoareci paralel puteau să servească apă fără intimidări reciproce. Şoarecii aveau spaţiu mai mult decât suficient, iar problemele lipsei de acoperiș puteau să apară în cazul, în care numărul de populaţie ar depăşi 3840 de indivizi. Însă în rezervor niciodată nu s-a atins numărul acesta , numărul maximal atins a fost – 2200 de şoareci.

Бункер для мышей 2х2м

Rezervorul experimental 2×2 m

„Experimentul a luat start, când în interiorul rezervorului au fost plasate 4 perechi de şoareci sănătoase. Animalelor le-a trebuit puţin timp pentru a se acomoda, să conştientizeze că ei au nimerit în „paradisul şoarecilor” şi să înceapă a se înmulți furtunos. Perioada de asimilare a spaţiului de trai a fost numit de către Calhoun faza A, iar după naşterea primelor pui s-a început faza B. A doua etapă se caracteriza prin creşterea exponenţială a numărului populaţiei rezervorului în condiţiile apropiate de cele ideale. Numărul de şoareci se dubla în fiecare 55 de zile. Începând cu ziua 315-a a cercetării s-a observat scăderea ritmului de creştere a populaţiei. Numărul locuitorilor se dubla doar fiecare 145 de zile, ceea ce însemna începutul etapei a treia – fazei C. Când în rezervor locuiau circa 600 de şoareci, s-a format o anumită ierarhie şi chiar a început să se manifeste viaţa obştească. Spațiu liber devenea mai puţin, decât înainte.

Cercetătorii au atras atenţia că au apărut „oropsiţii” – indivizii, care deveneau regulat jertve ale agresiunii directe. Ei erau izgoniţi în centrul rezervorului. Această categorie se deosebea prin lână ruptă, cozilemuşcate şi urme de sânge pe corp. „Oropsiţii” erau, în special, indivizi tineri, care nu-şi găseau locul său în ierarhia deja formată. Rolurile sociale respective pentru ei lipseau, deoarece condiţiile practic ideale de trai în rezervor permiteau şoarecilor în vârstă să trăiască mult. Şoarecii bătrâni nu eliberau locul pentru indivizii tineri. Deaceea marea parte a agresiunii era îndreptată spre generaţiile tinere. După izgonire avea loc distrugerea psihică a masculilor, care manifestau în continuare mai puţină agresiune. Această înfrângere psihologică aducea la refuzul de a îndeplini unele roluri sociale şi de a-și apăra femelele gravide. Însă, acești ”mascul înfrânți” totuși săvârşeau periodic atacuri asupra altor indivizi din categoria „oropsiţilor” sau alți şoareci.

Кэлхун в Бункере

Calhoun în interiorul rezervorului

Femelele, care se pregăteau pentru naştere, erau tot mai des agitate, din motivul că se intensifica pasivitatea masculilor, care contribuia la scăderea gradului de protecţie din partea lor în favoarea progeniturii care putea fi atacată întâmplător. Ca urmare, femelele au început să se poarte agresiv, să lupte, încercând să-și apere urmaşii. Însă paradoxul constă în faptul, că agresivitatea era îndreptată nu doar în exterior , dar şi faţă de proprii lor copii. Femelele își nimiceau puii şi treceau în cuiburile de sus, refuzau să se înmulţească în continuare, transformându-se în sihastri agresivi. Ca rezultat natalitatea a scăzut brusc, iar mortalitatea indivizilor tineri a ajuns la nivel înalt.

Mai târziu a început ultima faza de existenţă a ”paradisului şoarecilor” – faza D, numită de către John Calhoun ”faza morţii”. Simbolul acesteia a devenit apariţia noii categorii de rozătoare, numiţi de cercetători „frumoşii”. Este vorba în primul rând de masculi, care demonstrau comportament necaracteristic, refuzau să lupte pentru teritoriu şi pentru femele, nu manifestau dorinţa să se împerecheze şi erau predispuşi la modul pasiv de viaţă. „Frumoşii” preferau doar să mănânce, să beie, să doarmă şi să-și curăţe blana, evitând totodată conflictele şi executarea cărorva funcţii sociale. Ei au obţinut această denumire pentru că pe corpurile lor nu erau observate urme ale luptelor crude, cicatrice sau lână ruptă, iar narcisismul lor a devenit o legendă a experimentului. Savantul a fost mirat de lipsa la „frumoşi” a dorinţei de a se înmulţi. Ultimul val de naşteri a adus la aceea, că femelele-singuratice şi „frumoşii”, care refuzau să oferă urmaşi şi se ascundeau în cuiburile de sus, au devenit majoritate.

John Calhoun

John Calhoun

În ceea ce priveşte vârsta medie a şoarecilor de laborator în ultima fază de existenţă al acestui „paradis”, aceasta a constituit 776 de zile, ceea ce este cu 200 de zile mai mult de limita medie a vărstei reproductive. Totodată mortalitatea indivizilor tineri în ultima fază a constituit 100%, numărul de gravidităţi era nesemnficativ, iar în continuare a ajuns la zero. La indivizii, care dispăreau, era observat homosexualismul, comportamentul deviant şi neexplicabil de agresiv. În pofida abundenţei resurselor și hranei , înflorea canibalismul. Femelele nu doreau să participe în educarea puilor şi-i lipseau de viaţă. Şoarecii dispăreau rapid, iar la 1780-a zi a experimentului a decedat ultimul locuitor al acestui „paradis al rozătoarelor”.

Кэлхун в процессе эксперимента "Вселенная-25"

Jh. Calhoun în procesul experimentului ”Universul-25”

Calhoun, prevăzând catastrofa, cu ajutorul colegului său, doctorului H.Marden, a reuşit să efectueze o serie de experimente suplimentare la faza a III-a. Esenţa acţiunilor de salvare era în scoaterea din rezervor a câtorva grupe mici de rozătoare şi transferarea lor în condiţii la fel de ideale și nepopulate- cu spaţiu liber nelimitat – la fel ca la începutul experimentului. Scopul era de a evita agresivitatea în cadrul unei specii prin excluderea factorului de aglomeraţie. „Frumoşii” şi femelele-singuratice au început să locuiască în condiţii care le permiteau primelor 4 perechi de şoareci în rezervor să se înmulţească exponenţial şi să-și creeze structura socială. Însă şi în acest caz ei nu și-au schimbat atitudinea, refuzând împerecherea, înmulţirea şi executarea funcţiilor sociale legate de reproducţie. Ca urmare, din lipsa gravidităţilor, rozătoarele mureau de bătrâneţe cu toate tentativele de a salva situaţia prin srămutare. În condiţii, apropiate de cele ideale, în toate rezervoarele experimentale pe rozătoare le aştepta moartea inevitabilă.

După rezultatele experimentului John Calhoun a formulat ”teoria celordouă morți”. ”Prima moarte” — se consideră moartea spiritului. Când indivizii tineri încetau să-și găsească pentru sine locul în ierarhia socială a ”paradisului șoarecilor”, foarte repede s-a conturat neajunsul rolurilor sociale, ceea ce a contribuit la creșterea rezistenței între rozătoarele tinere și cele mature, creșterea nivelului de agresiune nemotivată. Creșterea numerică a populației, majorarea densității, ridicarea nivelului de contact fizic au adus la apariția indivizilor, care sunt capabili doar pentru comportament primitiv. Așadar, s-a ajuns la situația când majoritatea indivizilor erau interesați doar de procesele de consum, somn și grijă față de propriul corp.

De fapt, rozătoarele sunt niște ființe destul de primitive. Pentru masculul modelele complicate de comportament se consideră cucerirea femelei, procesul de împerechere, grija față de pui, apărarea urmașilor și a teritoriului, participarea nemijlocită la grupările obștești construite ierarhic. Rozătoarele înfrânte psihologic refuzau de toate cele menționate. Calhoun a numit acest refuz conștient față de instinctul paternal ”moartea spiritului” sau ”prima moarte”. După aceasta moartea fizică (”a doua moarte”, în teoria lui Calhoun) devine inevitabilă. După ”prima moarte” a marii părți a populației, este condamnată toată colonia chiar și în cele mai ”paradisiace” condiții.

Odată lui Calhoun i s-a dat o întrebare privind cauzele apariției grupului celor ”frumoși”. Savantul a tras analogie cu oamenii, constatând, că calitatea-cheie a omului, se poate de spus, normafirească trebuie să fie considerată viața în condițiile unui stres moderat, presiunii și tensiunii. Șoarecii, care au refuzat lupta, și care au ales ușurința nemaipomenită a existenței, îi aștepta transformarea în ”frumoși” autici, incapabili la ceva, cu excepția doar funcțiilor celor mai primitive. Funcțiile complicate, care cereau încordare, au fost respinse de cei ”frumoși”. Cu timpul ei au pierdut complet și irevocabil capacitatea pentru alegeri puternice, responsabilitate și comportament mai complicat. Cercetătorul a tras paralele cu bărbați contemporani, care îndeplinesc doar acțiuni de rutină, cotidiene pentru întreținerea vieții fizice. În interiorul lor deja trăiește spiritul mort. Acest lucru permanent se conduce cu pierderea creativității, capacității de învingere a obstacolelor, incapacitatea de a se afla sub presiune. Evadarea de încordări, refuzul provocărilor – aceasta, în terminologia lui Calhoun, este ”prima moarte” (altfel – moartea spiritului), după care inevitabil urmează a doua moarte, de data această biologică – moartea corpului.

Vă este înteresant, de ce experimentul lui J.Calhoun a obținut denumirea ”Universul-25”? Pentru că aceasta a fost deja a 25-a la număr tentativa savantului să creeze paradisului pentru rozătoare. Tentativele precedente permanent se încheiau cu moartea tuturor rozătoarelor experimentale — fără excepție…

…Inevitabil se cer paralele cu comunitățile omenești. Condițiile acestei cercetări pot fi comparate cu traiul oamenilor în metropole și orașe moderne. Densitatea excesivă, lipsa spațiului necesar pentru viață, hipodinamie (insuficiența de mișcare și efort fizic), excesul de hrană și distracții – toate acestea, cum n-ar fi de straniu, duc spre refuzul treptat de a se continua în următoarele generații și apariția a tot felul de mutații, asemănătoare cu cele, care sunt descrise în experiment. Principalul să nu permitem ca mutația să devină o normă!

CopyFREE

Aceasta este o traducere a unui articol de Vladimir Șevelev preluat de pe website-ul asociației rusești a savanților etologi ethology.ru

 

Alte linkuri:

Articol despre John B. Calhoun pe Wikipedia (EN)

 [:]


0 0 голоса
Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о
guest

Time limit is exhausted. Please reload the CAPTCHA.

0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x